Бенгальский огонь: индийское шоу мирового масштаба?

Наверное, по-детски непосредственной была реакция первых очевидцев случайного воспламенения пиротехнического состава. Удивление, восхищение, взрыв эмоций, желание повторить («Я требую продолжения банкета!»). А потом, вероятно, кто-то умный и ловкий научился мастерски с огненной смесью управляться. И, очевидно, этот «кто-то» был жителем Индии, ибо история бенгальского чуда начинается именно там, на побережье одноименного залива. Стартует вместе с местным культом ритуальных храмовых возжиганий огня во славу древних богов (примерно V-VI века н. э.).

Из Индии несложная пиротехническая технология попала в Европу, где пришлась весьма кстати в качестве яркого дополнения развлекательных мероприятий высшего общества. Так бенгальский огонь превратился в модную средневековую забаву.

Со временем состав горючей смеси стал разнообразнее, что привело к добавлению новых цветов и множества колеровых вариаций. Яркое пламя вспышек сменилось искрящимися огненными брызгами. Длительность горения увеличилась. Расширился и диапазон применения бенгальских огней: с их помощью стали устраивали иллюминации и фейерверки, ими выкладывали масштабные красочные картины, салютовали в честь именитых персон, использовали как выразительный спецэффект в театральных действах.

Кроме того, бенгальские огни стали применять в ландшафтном дизайне, а также в качестве неотъемлемых элементов сложных архитектурных решений. В Беларуси, например, сохранились воспоминания о грандиозной подсветке фонтанов уникального слонимского театра Михаила Казимира Огинского. Того самого Огинского, чей талантливый племянник сочинил впоследствии бессмертный полонез «Прощание с Родиной» (1794 г).

Да что там частные фонтаны средневекового белорусского мецената! В конце девятнадцатого века бенгальскими огнями умудрились подсветить такую необъятную водную махину как комплекс водопадов на Ниагаре. В честь принца Уэльского, посетившего Америку в1860 году и заглянувшего полюбоваться главной природной достопримечательностью штатов Нью-Йорк (США) и Онтарио (Канада).

Для столь высокого гостя американцы организовали поистине королевский прием. Основу праздничной иллюминации составили 200 огненных установок. Их разместили таким образом, чтобы эффектно подсветить все три Ниагарских водопада: Американский, Канадский («Подкова»), и самый романтичный – Вуаль Невесты («Фата»).

Интересно, о чем думал принц Уэльский, созерцая столь монументальное великолепие? О бессмертной душе Лилавалы (Lelawala) — прекрасной девушки, что, согласно древней легенде североамериканских индейцев, бросилась в ревущий поток, спасаясь от нежеланного замужества? Или же о величии Британской империи, частью которой долгое время являлась Индия, подарившая свету чудо бенгальского огня?

Как бы то ни было, но, отсалютовав в 1860-ом во славу английской короны, бенгальская иллюминация на Ниагарском водопаде ни разу не повторялась. Зато в 1879-ом водный комплекс впервые осветили при помощи электричества (но уже не американцы, а канадцы). Конечно, по сегодняшним меркам зрелище получилось весьма и весьма скромным. То ли дело — Ниагара XXI века!

Современный «Гром Воды» (так называли водопад индейцы-ирокезы) поражает не только природной мощью, но и великолепием художественной подсветки. Ее обеспечивают новейшие ксеноновые лампы, стоимость эксплуатации которых обходится примерно в $85 в час. Дорого? Да. Тем не менее, игра стоит свеч. Ежегодно 14 млн. туристов приезжают взглянуть на Ниагарские водопады. А цветовая феерия – это часть эффектного светового шоу, «усилитель» незабываемых впечатлений.

Однако с развитием технологий электрического освещения, бенгальский огонь не сдает своих позиций. Вернее, не столько сам огонь, сколько традиционный эффект его искристого горения. Этот визуальный эффект повторяется в нарядной электрической иллюминации многих мегаполисов мира. Венец бенгальского торжества – знаменитая серебристая подсветка Эйфелевой башни. Она сменила традиционную золотую в 2003 году. С тех самых пор двадцать тысяч ламп-стробоскопов, попеременно вспыхивая и угасая, превращают железную «пастушку парижских мостов» в гигантскую сверкающую бенгальскую свечу (высота с флагштоком – 324 метра, общая масса – 10 100 тонн). Грандиозное зрелище!

Но даже великому творению Эйфеля не затмить своим нарядным убранством самый народный (и самый «бенгальский») праздник в мире – Новый год. Петр I, повелевший внести огненные потехи в список обязательных новогодних забав на Руси, вряд ли предвидел подобный пиротехнический размах. Фейерверки, петарды, шутихи… И неизменные классические бенгальские огни. А как же без них?

Они по-прежнему в наших домах (если не в каждом первом, что уж точно в каждом втором). В новогоднюю ночь люди жгут их тоннами. И неизменно получают огромное удовольствие от процесса. Традиция? Нет, нечто большее! В индустриальном XXI веке, как и в далеком V, возжигание бенгальского огня – это все то же священнодействие. Пока горит, разбрызгивая яркие искры, тонкая свеча, мы гоним прочь мрачные мысли, думаем исключительно о хорошем, желаем счастья близким, мечтаем о будущем. И с чистыми помыслами вступаем в очередной год…

More from my site